Решение Вашингтона прекратить развертывание элементов третьего позиционного района американской системы ПРО в Центральной Европе стало центральной темой мировой политики. Оно имеет два основных аспекта: технический и политический. В соответствии с первым следует установить, является ли новый подход более эффективным. Второй же важен с точки зрения реакции как союзников, так и противников США, в первую очередь, разумеется, главного оппонента – Москвы.

Предыстория вопроса

Статьи по теме

Год как год

• Новый Иран – новые проблемы
• Какой национальный проект нужен в Беларуси?
• Почему беларусские женщины уезжают на заработки за границу?
• Шукаеце кватэру? Забудзьце аб правах чалавека

Напомним, что прежняя идея принадлежала предыдущей американской администрации. В январе 2007 года появилась первая официальная информация, что на случай запуска баллистической ракеты Ираном США предполагают к 2011 году разместить в Чешской Республике радиолокационную станцию (РЛС), а в Польше – 10 ракет. Эти элементы должны были дополнить уже существующие части американского противоракетного щита, расположенные в Калифорнии и на Аляске.

Несмотря на то, что ведущие российские эксперты доказали отсутствие в этих планах каких-либо угроз для безопасности России, заявления эти вызвали чрезвычайно резкую реакцию со стороны Москвы. Тогдашний начальник российского Генштаба Юрий Балуевский выразил готовность расторгнуть Договор о ликвидации ракет средней и меньшей дальности 1987 года, а Владимир Путин пообещал, что Россия даст на эти американские поползновения «в высшей степени эффективные и асимметричные ответы».

Надо сказать, что и в самих Соединенных Штатах данное намерение воспринималось далеко не однозначно. В частности, против него выступали демократы, мотивируя это дороговизной и техническим несовершенством проекта.

Впрочем, технические подробности новой системы ПРО, обнародованные главой Пентагона Робертом Гейтсом, свидетельствуют о том, что о полном отказе от защиты от иранских ракет речь не идет. Напротив, в Вашингтоне принято решение создавать новую архитектуру внешнеполитических отношений, которая может включать всех партнеров и союзников США. Она предполагает создание «эшелонированной обороны», поскольку Иран в последнее время сосредоточился на разработке ракет малой и средней дальности.

В ее основе лежат американские системы морского базирования Aegis с ракетами-перехватчиками SM-3, а также наземные ракеты типа THAAD, которые обладают большим стратегическим потенциалом. План разделен на три этапа: к 2011 году в восточной части Средиземного моря будут развернуты боевые корабли, оснащенные Aegis и SM-3. Примерно к 2015 году модернизированные SM-3 наземного базирования будут размещены в союзных государствах, в том числе, возможно, в тех же Польше и Чехии. Третий этап, намеченный на 2018 год, предполагает введение в строй более крупных и эффективных ракет-перехватчиков.

С Россией против Восточной Европы?

Как и следовало ожидать, последние решения США по системе ПРО вызвали неоднозначную реакцию как ее союзников, так и внутри страны. Лидеры ведущих западноевропейских государств его приветствовали. Президент Франции Николя Саркози назвал его превосходным решением со всех точек зрения и добавил: «Я надеюсь, что наши российские друзья придадут ему большое значение». Британский премьер Гордон Браун подчеркнул, что «данный шаг отражает процесс укрепления доверия между ядерными державами». Канцлер Германии Ангела Меркель высказала мнение, что можно говорить о «сигнале сближения Запада и России».

Но даже противники ракетного щита увидели в решении Обамы признак недостаточной надежности США как партнера. Более того, у многих сложилось впечатление, что решение это принималось с явной оглядкой на Москву. Так, влиятельный сенатор-республиканец Ричард Лугар, в прошлом союзник Обамы, активно занимающийся вопросами внешней политики, назвал решение Белого дома «неудачным».

Другой видный сенатор, Джон Маккейн, также выразил свое решительное несогласие: «Это решение ставит под сомнение безопасность и дипломатические обязательства Соединенных Штатов перед Польшей и Чехией и может привести подрыву американского лидерства в Восточной Европе».

Действительно, в Польше и Чехии некоторые видные политики, связывавшие с элементахи ПРО гарантию безопасности от потенциальной российской агрессии, выразили обеспокоенность решением Обамы. Главный редактор издания "Gazeta Wyborcza" Адам Михник отметил, что, если оно «касается только щита, я его воспринимаю очень спокойно. Другой вопрос, в какой степени оно знаменует радикальный поворот в политике США по отношению к России и Восточной Европе. Если это так, я был бы обеспокоен. Потому что у России наблюдается вызывающее тревогу стремление вернуть сферы влияния… В России возрождается имперское мышление, и это опасно. Имперская Россия – это антидемократическая и экспансионистская Россия».

Сила России vs слабости Америки

Как известно, будучи приверженной использованию для получения прибыли жесткой силы, российская дипломатия рассматривает сотрудничество с Западом как игру с нулевой суммой. Поэтому одним из наиболее серьезных аргументов противников отказа от прежнего подхода были опасения, что московские сторонники жесткого курса воспримут его как признак слабости Вашингтона. И вместо того, чтобы пойти навстречу, они попытаются выжать еще больше выгод для укрепления российского влияния в мире, в первую очередь, в бывшем советском блоке.

В самом деле, политическая элита в Москве не скрывала своего триумфа. Председатель комитета Совета федерации по международным делам Михаил Маргелов заявил, что основной причиной решения Америки была «бескомпромиссная позиция России по этому вопросу». А его коллега из Думы Константин Косачев добавил, что это стало признанием правоты российских аргументов.

Что касается высшего руководства, то Владимир Путин выразил надежду, что на этом США не остановятся, и за «правильным и смелым решением» последуют полная отмена всех ограничений на сотрудничество с Россией и на передачу ей высоких технологий, а также содействие вступлению России, Беларуси и Казахстана в ВТО. Дмитрий Медведев же поначалу дал понять, что Москва не пойдет на «примитивные компромиссы и размены», и призвал отказаться от давления на Иран, назвав поставки комплексов С-300 Тегерану не противоречащими международным законам.

Тем не менее, в качестве ответного шага Россия выразила готовность отказаться от размещения в Калининградской области ракетных комплексов «Искандер» и стратегических бомбардировщиков Ту-22. Конечно, сделать это ей нетрудно, так как приступить к выполнению своих угроз она еще не успела. Между тем, в военно-политических отношениях России и Запада имеются гораздо более острые проблемы, главная из которых – введенный Москвой с прошлого года мораторий на исполнение своих обязательств по Договору об обычных вооруженных силах в Европе. Однако в российском внешнеполитическом ведомстве сообщили, что на уступки по этому вопросу Россия не пойдет.

Россия, США, Ближний Восток и Беларусь

На встрече российского и американского президентов на сессии Генеральной ассамблеи ООН вроде бы наметились некоторые подвижки на иранском направлении. Говоря об иранской ядерной проблеме, президент России заявил, что в некоторых ситуациях санкции становятся неизбежными, что привело в восторг советника Обамы по России в Совете национальной безопасности США Майкла Макфола. «Для меня это представляет большую перемену в позиции русских», – сказал он.

Однако, несмотря на официально высказанные сомнения в мирном характере программы Тегерана, Кремль она не слишком беспокоит, так как ни иранское, ни северокорейское ядерное оружие там никогда не считали непосредственной угрозой себе. К тому же сохранение напряженности на Ближнем Востоке стимулирует рост цен на нефть, что в условиях экономического кризиса крайне выгодно Москве.

В связи с этим не исключен вариант, что наша восточная соседка затянет игру на месяцы, позволяя иранцам продолжать маневрирование. Следует также помнить, что у Медведева нет собственной политической опоры, и он во многом зависит от Путина. В силу этого возможно, что «старший президент» выразит свое неудовольствие «младшему», в результате чего все достижения превратятся в прах.

Таким образом, при столь противоречивых взглядах на решение Обамы лишь время покажет, кто был прав. Причем в значительной степени итог зависит от того, что предпочтет Россия: интегрироваться в цивилизованный мир или, в соответствии со своими нынешними настроениями, сколачивать коалицию из мировых неудачников и радикалов.

Кстати, в этом случае Кремль непременно будет пытаться втянуть туда Беларусь, например, посредством развертывания «Искандеров» и на территории нашей страны, что ранее неоднократно предлагал ряд российских политиков. Понятно, что это никоим образом не укрепило бы безопасность нашей страны, зато еще больше вовлекло бы в российскую орбиту. Как представляется, в складывающейся ситуации шансы избежать такого негативного развития событий повышаются.