• Обзоры

Беларусь-Россия: скорее перемирие, чем мир

Итак, «молочная война» между Беларусью и Россией, на протяжении двух недель бывшая едва ли не главной темой для средств массовой информации обеих стран, вроде бы завершилась. По крайней мере, на днях было объявлено, что соответствующий протокол подписан, и белорусские молочные фуры вновь пошли через границу. Настало время подведения итогов. Тем более, что теперь, когда дым сражений рассеялся, начали проясняться многие важные аспекты, в том числе и посредством высказываний официальных лиц.

В частности, первый заместитель главы президентской администрации Наталья Петкевич открыто признала политическую подоплеку конфликта, подтвердив тем самым предположения большинства беларусских аналитиков. Собственно, для такого вывода достаточно было уже того факта, что о запрете на ввоз и оборот молочной продукции сообщил не кто иной, как глава Роспотребнадзора, главный государственный санитарный врач РФ Геннадий Онищенко. Именно он объявлял несоответствующими российским стандартам вина из Грузии и Молдовы, «Боржоми», мандарины из Абхазии, латвийские шпроты и т.п.

Причем по странному совпадению происходило это всякий раз, когда указанные страны и территории предпринимали шаги, которые Москва посчитала недружественными. А после политического примирения эти продукты, как правило, вновь становились пригодными для употребления гражданами России. В данном же случае подобным поводом вполне могли стать резкие высказывания Александра Лукашенко в адрес главы Минфина РФ Алексея Кудрина и российского руководства в целом, сделанные незадолго до начала «боевых действий».

В стандартах ли дело?

По словам Петкевич, основной причиной такого поведения Москвы стало «не совсем правильное восприятие» участия Беларуси в программе Евросоюза «Восточное партнерство». В качестве же второй причины была названа «элементарная конкуренция».

Нет сомнений, что эти факторы сыграли важную роль в принятии Кремлем своего решения. Как представляется, однако, можно привести еще ряд обстоятельств, способствовавших этому не в меньшей степени. Об одном из них упомянул сам беларусский лидер еще до начала конфликта. В своем нашумевшем интервью группе московских редакторов он сказал: «Дошло до того, что молоко не будем у вас покупать, пока не отдадите молокоперерабатывающие заводы. И это на уровне правительства!»

Еще об одной причине поведал уже Владимир Путин, причем также до выступления Онищенко. На встрече с губернаторами центральных областей России ему пожаловались, что наша страна якобы уничтожает российскую молочную отрасль. В ответ российский премьер заметил, что дотации, которые Беларусь предоставляет своим производителям цельного молока, достигают 24%, в то время как в России – только 3%. Между прочим, оба этих примера показывают, что суть даже чисто «молочных» противоречий никак не сводится только к сертификации беларусской продукции.

Ну и едва ли можно забывать о, наверное, наиболее острой в настоящее время проблеме двусторонних отношений – признании официальным Минском независимости Абхазии и Южной Осетии.

Скорее всего, даже этот расширенный перечень взаимных претензий является далеко не полным. Но и он достаточно наглядно показывает, что взаимоотношения между партнерами по Союзному государству далеки от идиллических. Еще более убедительно о серьезных разногласиях свидетельствует реакция беларусского руководства. В связи с этим возникает естественный вопрос о дальнейшей судьбе многострадального образования.

Для ответа на него следует определить, какие потери понесла каждая из сторон в результате случившегося противостояния, и на основании этого попытаться оценить ущерб, нанесенный «братским» отношениям.

Издержки и выигрыши сторон

Если брать чисто материальный аспект, то перевес явно остался на стороне России. Поставки возобновлены лишь по четвертой части наименований от того, что имело место ранее. Кроме того, до конца лета запрещены поставки сухого молока, что составляло немалую долю беларусского молочного экспорта. Таким образом, хотя точные цифры пока не оглашены, потери, вероятно, будут довольно значительными. К тому же утеряна определенная часть российского молочного рынка.

Но что касается морально-политических издержек, то здесь, пожалуй, в выигрыше осталась наша страна. Во всяком случае, те ее граждане, которые убеждены, что высшими ценностями являются независимость и интеграция в евроатлантические структуры. На сей раз соответствующая пропаганда велась чрезвычайно активно и массированно. Трудно не согласиться с мнением Александра Класковского, что беларусскому обществу была сделана сильная антироссийская прививка.

Беларусские власти действовали весьма решительно. Чего стоит хотя бы поручение ввести усиленный таможенный контроль над перемещением товаров по беларусско-российским магистралям, причем практически сразу после подписания соглашения о формировании таможенного союза с той же Россией и Казахстаном.

Но еще более жестким стал демарш Александра Лукашенко, отказавшегося участвовать в саммите ОДКБ, в результате чего официальная Беларусь отказалась от возможности председательствовать в этой организации в следующем году. Учитывая прямо-таки болезненную чувствительность Москвы к вопросам военной безопасности и ее постоянный страх перед гипотетической вооруженной агрессией со стороны НАТО, этот шаг оказался для нее совершенно неожиданным и оттого еще более впечатляющим. Заодно, кстати, стало ясно, что сам официальный Минск подобной угрозы с Запада не ощущает.

В сложившейся ситуации не исключено также, что под сомнение будет поставлено, как минимум, широкомасштабное участие российских военнослужащих в намеченных на сентябрь учениях беларусских вооруженных сил, на которые, согласно недавним заявлениям московских генералов, они предполагали направить чуть ли не две свои армии полного состава.

Пусть это был откровенный блеф, но теперь как у беларусских властей, так и у населения могут возникнуть вполне обоснованные опасения, что и менее значительный контингент «братьев по оружию», войдя на нашу территорию, может отказаться ее покинуть. После прошлогодней российской агрессии против Грузии и особенно высказываний некоего высокопоставленного представителя кремлевской администрации о том, что «кое-кому просто надоело быть президентом этой страны», такой вариант развития событий уже не выглядит абсолютно фантастическим.

Если главной целью Кремля и в самом деле было оторвать Беларусь от «Восточного партнерства», то она тоже не была достигнута. Напротив, беларусский лидер, до того старательно избегавший встречи с Бенитой Ферреро-Вальднер, попросил ее приехать в Минск «как можно скорее». И можно догадаться, о чем у них будет идти разговор.

В итоге, развязав эту «войну», Москва, может быть, и выиграла тактически, но стратегически потерпела поражение. Однако это была отнюдь не последняя ее попытка удержать нашу страну в сфере исключительно своего влияния. Уже прозвучали намеки на аналогичные грядущие «войны», в частности, газовую и мясную. В том же русле лежит и начало строительства трубопровода БТС-2, идея которого заключается в лишении Беларуси статуса транзитного государства при экспорте российской нефти.

Так что на «восточном фронте» имеет место, скорее, перемирие, нежели мир. Давление наверняка усилится, и будет очень трудно. Но зато это дает шанс начать возвращение в Европу, чтобы в конечном счете избавиться от такого рода угроз навсегда.

Фото: Дмитрий Азаров/ Коммерсантъ.